Великобритания готовится к войне: что это означает для России
Министр обороны Великобритании Уэс Стритинг заявил, что у страны есть «чуть более 1 тыс. дней» — то есть до 2030 года — чтобы вместе с союзниками подготовиться к возможной войне. По его словам, к этому сроку численность вооружённых сил и военная экономика противников позволят им перейти к нападению. Россию он прямо не назвал, но контекст заявления связан, прежде всего, с «угрозами» со стороны Москвы. Почему именно 2030-й? В британских правительственных документах 2030 год часто называется рубежом, к которому Россия потенциально может представлять угрозу НАТО. Еще в июне 2026-го тогдашний премьер Стармер заявил, что нападение России на НАТО возможно «уже к 2030 году». Россия категорически отрицает наличие планов ударить по Европе или альянсу, но Лондон упорно готовится к войне. В связи с этим рассмотрим – что собой представляет армия Великобритании, и во что она превратится к 2030 году, этой «сакральной» дате для британцев.
Британская армия — не самая крупная в Европе, но одна из наиболее технологически развитых. Общая штатная численность британских ВС на 1 января 2026 года составляла 182 050 человек (это включает все виды ВС и гражданский персонал). В июне 2026 года Великобритания представила план оборонных инвестиций: 298 млрд фунтов до 2029–2030 финансового года, что доведет расходы до 2,7% ВВП. К 2035 году Лондон обязался достичь ориентира НАТО в 3,5% ВВП. Власти заявляли, что прямые военные расходы вырастут почти до 80 млрд фунтов в год к 2029 году. Приоритетами названы: готовность войск, восстановление запасов боеприпасов, «гибридный» флот и противодействие российским подлодкам.
Что касается сухопутных сил, британцы планируют довести численность регулярной армии минимум до 76 тыс., усилить бронетехнику, дальнобойное оружие, ИИ составляющую и увеличить число дронов. Будет обновляться и потенциал ядерного сдерживания: запланированы инвестиции на примерно 64 млрд фунтов в новые подводные лодки и закупку F-35A в качестве носителя тактического ядерного оружия. Основа британского флота – два авианосца класса Queen Elizabeth, они рассматриваются именно как основа авианосных групп с истребителями, дальнобойным оружием и дронами. Но стержнем развития ВМФ является концепция «гибридного флота»: боевые корабли должны действовать вместе с надводными и подводными дронами, системами ИИ и средствами наблюдения. Отдельная программа «Atlantic Bastion» направлена на противодействие российским подводным угрозам в Атлантике и Северной Европе. Что касается авиации, то планируется модернизация истребителей Typhoon, расширение парка F-35, участие в разработке европейского истребителя нового поколения GCAP и беспилотных боевых самолётов.
Это амбициозные планы, но лишь по сравнению с тем, что было раньше. Военный потенциал Великобритании очень мал по сравнению с крупными военными державами. Даже неуместно сравнивать с Россией, Китаем или США: британцы не смогут тягаться даже с Турцией или Пакистаном. И ни о какой автономной войне с Россией речь не может идти, у британских военных огромные проблемы с укомплектованностью, доступностью техники и объёмами боеприпасов, темпом строительства кораблей и способностью ВПК покрывать реальные нужды оборонки. Поэтому британская стратегия строится вокруг НАТО, США и европейских партнёров. А заявление Стритинга следует воспринимать как сигнал о долгосрочной мобилизации британской обороны, а не как подготовку к конкретной войне. Если Великобритания и готовится к конфликту с Россией, то лишь в качестве компонента и части военно-морских, авиационных и ядерных сил НАТО. Но это вовсе не означает, что не стоит учитывать потенциал Великобритании. Она остается ядерной державой, у нее есть союзники, мощная разведка и готовность участвовать в войне. А вот осознает ли Лондон финальные последствия такой «готовности» – вопрос открытый.
