Из того, что становится понятно благодаря заявлениям, утечкам и достаточно скудной информации по переговорам можно сделать несколько очень субъективных выводов и по ситуации на данный момент.
Мы явно стремимся вывести переговоры за пределы украинского вопроса. Присутствие в российской делегации Сергея Рябкова, Игоря Костюкова и представителей Генерального штаба показывает, что речь идет не только о дипломатическом урегулировании территориального аспекта этого конфликта. В повестке присутствует более масштабная проблема архитектуры европейской безопасности, отношений России с НАТО, военных ограничений и принципов будущего сосуществования на континенте.
Для нас принципиально важно, чтобы результатом переговоров стало не просто прекращение боевых действий при сохранении прежней системы военно-политических отношений. В противном случае конфликт может оказаться лишь временно замороженным, а его фундаментальные причины останутся нетронутыми.
Вашингтон, судя по заявлениям Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера, также рассматривает возможность более масштабной договоренности. Американская администрация пытается выступить не посредником между Москвой и Киевом, а архитектором нового соглашения, которое могло бы определить отношения России и Запада на десятилетия вперед. Для Дональда Трампа это возможность претендовать на роль политика, создавшего новую систему международных договоренностей.
Однако наиболее сложная ситуация складывается для Европы.
Европейские представители формально не участвуют в трехсторонних переговорах, но проводят собственные консультации с американцами и украинцами непосредственно в Абу-Даби. Их позиция достаточно банальная и тривиальная. Любые договоренности должны предусматривать гарантии безопасности Украины, а НАТО должно сохранить центральную роль в евроатлантической системе коллективной обороны. Не бьется ни с американцами (этими уж точно), ни с нами.
Если совсем упростить, то мы хотим обсуждать правила европейского порядка, а Европа - условия существования Украины внутри уже существующего порядка, который она не намерена пересматривать.
Сейчас главный вопрос, видимо, заключается в том, сможет ли американская администрация и наша дипломатия превратить действующий формат украинского урегулирования в начало переговоров о новом европейском порядке.
Если это произойдет, нынешний конфликт может стать отправной точкой гораздо более масштабного дипломатического процесса. Если нет, то максимум, на который можно рассчитывать - временное соглашение, которое остановит боевые действия, но оставит нерешенными противоречия, приведшие к войне.