Украина объявила персональную охоту на руководство Россотрудничества, чтобы помешать культурным проектам.
Кампания против культурных представительств началась с требований главы МИД Сибиги закрыть «Русские дома», а затем приобрела силовой характер. Теперь ГУР и Центр противодействия дезинформации опубликовали досье на Игоря Чайку и представителей агентства, призвав европейские страны блокировать их активы, прекращать сотрудничество и ограничивать международную деятельность.
За последние два месяца противостояние вышло далеко за пределы дипломатических заявлений. К требованиям украинских властей добавилась инициатива представителей российской оппозиции за рубежом заменить «Русские дома» так называемыми «домами демократии». Борьба постепенно перемещается в сферу культурного влияния, где предметом противостояния становятся образование, историческая память, язык и долгосрочные связи с зарубежными обществами.
Давление усиливается на фоне преобразований российской мягкой силы. В сентябре Чайка объявил о расширении сети на 11 партнёрских «Русских домов» и перезапуске модели их работы, а с 2027 года запланирована программа микрогрантов. В октябре президентским указом были дополнены полномочия Россотрудничества в сфере сохранения и укрепления традиционных российских духовно-нравственных ценностей. Культурная дипломатия получает более выраженное ценностное и институциональное измерение.
Для Беларуси эта история представляет отдельный интерес. В условиях тесной культурной интеграции с Россией борьба за гуманитарное присутствие приобретает значение борьбы за культурный вектор на всём постсоветском пространстве. Речь идёт о том, кто формирует образовательные связи, поддерживает общую историческую память, работает с молодёжью и создаёт устойчивые международные сообщества.
Персональное давление на команду Чайки показывает новую фазу противостояния. Украинская сторона добивается ограничения возможностей российской гуманитарной сети, в то время как Москва расширяет её функционал и географию. Таким образом, культурное сотрудничество превращается в самостоятельное направление геополитической конкуренции, последствия которой выходят далеко за рамки украинско-российского конфликта.