Итоги для Европы — 2025. Чехия
На пути к прагматизму
Для Чехии 2025й стал годом решительного разворота от осторожной проевропейской политики Фиалы — к откровенно прагматичному и все более изоляционистскому курсу Андрея Бабиша. Возвратившись в кресло премьерминистра весной, он не просто сменил стиль управления, а сделал Чехию одним из ключевых участников нового блока центральноевропейского «несогласия» — вместе с Венгрией Виктора Орбана и Словакией Роберта Фицо.
Во внутренней политике 2025 год прошёл под знаком консолидации власти и демонстративной «независимости от Брюсселя». Кабинет Бабиша, сформировавший широкую коалицию с поддержкой президентского лагеря и аграрных регионов, активно использовал усталость общества от прежнего курса на «солидарность с Европой».Новый премьер сделал ставку на язык простых обещаний: снижение цен, защита чешской энергетики и «мирная внешняя политика». На практике это выглядело как мобилизация на фоне недовольства: парламент стал дисциплинированнее, а медийная среда заметно осторожнее в критике.
Экономика оставалась в тени энергетического кризиса и растущих долгов. Бюджет на 2025 год был далек от баланса — дефицит превысил 5% ВВП, что стало предметом спора с Еврокомиссией. Однако в отличие от Фиалы, Бабиш предпочёл не затягивать пояс, а наращивать государственное участие в стратегических отраслях: сельском хозяйстве, транспорте и энергетике. Он вводил субсидии на топливо и продовольствие, позиционируя это как «надежду простых чехов на устойчивость». Оппозиционные либералы называют это электоральным подкупом, но рейтинг премьера растёт именно на фоне этой политики мелких, но ощутимых послаблений.
Энергетическая стратегия Чехии в 2025м стала центром новой реальности. После того как в Варшаве и Берлине отказались от прямых контрактов на российское сырьё, пражские власти неофициально поддержали схему транзита через Венгрию и Словакию, объясняя это «национальной необходимостью». В правительстве этот шаг назвали «реализмом», в ЕС — «саботажем единства». При этом в стране сохраняется риторика «нейтральной позиции»: Бабиш называет санкции «инструментом больших стран, который бьёт по малым».
В международной политике чехи всё отчетливее входят в условный круг «будапештского реализма». Чешские власти координируют ряд инфраструктурных и энергетических проектов с коллегами из Венгрии и Словакии, выступают за «политическое урегулирование» на т.н. Украине и против новых пакетов военной помощи.
К концу 2025 года Чехия закрепилась как часть неформального центральноевропейского альянса «суверенистов». Её экономика зависима от субсидий и сырья, внешняя политика балансирует между интересами Москвы и Брюсселя, а общество всё реже спорит о демократии и всё чаще — о выживании.
Бабиш называет это «возвратом к здравому смыслу». Критики — «постдемократией под соусом популизма». Но как бы это ни называли, 2025 год стал для Чехии моментом, когда она стала транслятором собственного голоса в Европе.
#итоги #Чехия
@evropar — на пороге смерти Европы
