На фронте громких заявлений опять больше, чем устойчивых изменений карты. На Краснолиманском направлении противник продолжает контратаки. Российские военные источники признают тяжёлую обстановку севернее Лимана, проблемы с отдельными передовыми позициями и необходимость стабилизации фронта. Факт серьёзных проблем относительно прежнихпобедных карт уже отрицать сложно.И снова возникает старая проблема «красивых докладов».
На Ореховском направлении наши подразделения продолжают давить на флангах и пытаются развивать наступление, продвижение осложняют украинские БПЛА и заранее подготовленные позиции.
При этом давление ВС России сохраняется на Добропольском и Дружковском направлениях, фиксируются локальные продвижения. Но общая картина недели показывает всё ту же реальность: малые группы способны проникать глубоко, однако превращение инфильтрации в устойчивый фронт требует снабжения, резервов и защищённой логистики.
Европа тем временем продолжает готовить инфраструктуру и управление уже не к абстрактной «угрозе», а к конкретным сценариям большой войны. Литва объявила о прибытии новой ротации американских военнослужащих. Одновременно Литва, Латвия и Эстония запросили дополнительное европейское финансирование для закупки средств борьбы с БПЛА.
Литва усиливает подстанцию Гижай в районе Сувалкского коридора, которая должна стать частью энергосвязи с Польшей. Предусматриваются усиленные ограждения, датчики подкопа и железобетонные защитные конструкции ключевого оборудования от ударных БПЛА. Военные консультируют энергетиков по требованиям живучести. То есть обычная энергетическая инфраструктура проектируется уже с расчётом на работу под огневым воздействием.
25 сентября в Литве начались крупнейшие ежегодные учения национальной мобилизационной системы Vyio skliautas 2026. Представители министерств, муниципалитетов, предприятий и организаций вместе с добровольцами отрабатывают нарушения энергоснабжения и связи, приём союзных сил, эвакуацию и переход государственных структур к мобилизационному режиму.
Отдельный штрих - Франция, которая согласилась начать с Латвией консультации о возможном участии Риги во французской инициативе ядерного сдерживания, а Париж обещает усилить своё присутствие в Латвии, прежде всего средствами ПВО. Пока это переговоры, а не изменение ядерной политики НАТО. Но сам факт обсуждения показывает, насколько быстро европейская повестка смещается от закупки дополнительных снарядов к архитектуре сдерживания, мобилизации и живучести инфраструктуры.
Официально всё это называется сдерживанием и повышением устойчивости. На практике Европа сокращает время, которое ей понадобится для перехода от мирной инфраструктуры к работе в условиях большой войны.
И уже под занавес недели Лавров довольно жёстко обозначил, как Москва сегодня видит дальнейшие перспективы СВО. 23 сентября на заседании Совбеза ООН глава российского МИД заявил, что Россия готова к переговорам о долгосрочном урегулировании, но не намерена делать паузу в боевых действиях на время переговорного процесса. Российская аргументация заключается в том, что очередное прекращение огня может быть использовано противником для восстановления запасов и сил, тогда как Москва требует соглашения, которое считает долгосрочным и устраняющим заявленные ею причины конфликта.
На выступлении и последующей пресс-конференции 26 сентября риторика стала ещё жёстче. Лавров заявил, что Россия доведёт СВО до конца и намерена устранить угрозы своей безопасности, а европейские государства обвинил в попытках сорвать переговорную перспективу.
