Бразилия: Да Силва выиграл выборы, но не получил всю власть
25 октября Луис Инасиу Лула да Силва неожиданно победил во втором туре президентских выборов в Бразилии, взяв 51,79% против 48,21% у сенатора Флавиу Болсонару, сына бывшего президента. Разрыв — 4,43 млн голосов. При этом в первом туре 4 октября лидировал Болсонару: 47,03% против 45,16%. То есть за три недели Лула сумел мобилизовать дополнительные голоса, и всё же почти 60 млн бразильцев поддержали его противника. То есть раскол в стране никуда не исчез.
Не удивительно, что Болсонару отказался признать поражение и потребовал отмены итогов. Нашёлся и повод — решение судьи Верховного суда Кристиану Занина продлить голосование на два часа из-за проблем с транспортом. Продления добивались обе стороны, но распоряжение пришло перед самым закрытием участков, в результате чего одни продолжили работу, другие нет. Процедурная проблема реальна, но доказательств, что она изменила общенациональный результат, пока нет. Впрочем, для Болсонару спор полезен и без пересмотра итогов: он позволяет поддерживать мобилизацию сторонников и помогает перенести разговор с поражения на легитимность самой процедуры.
Тем более, что политическая карта страны не повторяет президентский результат. Либеральная партия Болсонару получила 121 из 513 мест в Палате депутатов. А её ожидаемое представительство в верхней палате — Федеральном сенате — 29 из 81, тогда как у Партии трудящихся Лулы — лишь 10 сенаторских мест. Иными словами, хоть Лула и сохранил исполнительную власть, однако правые силы усилились в законодательной и региональной ветвях.
При этом, скажем, решения по бюджету, налогам и назначениям да Силве придётся проводить через переговоры с парламентским центром — Centro. Это не партия, а неформальный блок влиятельных партий, преимущественно центристских и правоцентристских. Их объединяет не столько идеология, сколько прагматичный подход к власти: они готовы поддерживать и левого, и правого президента, если получают политические и экономические выгоды.
Раскол имеет и территориальную основу. Лула выиграл все девять штатов Северо-Востока, где сильны социальные программы и роль федерального бюджета. Болсонару победил во многих более обеспеченных южных и аграрных штатах: в Санта-Катарине он получил 69,42%, в Мату-Гросу — 66,06%. Поэтому спор тут не только о персоналиях в президентском кабинете: сталкиваются запрос на перераспределение ресурсов и запрос на меньшую роль государства.
Вот только оплачивать эти противоречивые ожидания всё труднее. Госдолг Бразилии — 82,9% ВВП, ключевая ставка — 13,75%, годовая инфляция — 4,58%. Лула обещает социальные расходы и инвестиции, однако парламент будет добиваться денег для своих регионов, а финансовые рынки — бюджетной дисциплины. Так что у нового президента торг за бюджет может быть не менее значимым, чем внешняя политика.
Тем не менее, во внешней политике Лула, скорее всего, сохранит курс на стратегическую автономию без жёсткой привязки к одному блоку. На Китай приходится почти 30% бразильского товарного экспорта, на США — около 11%. Поэтому даже близкий к Вашингтону президент не мог бы без издержек развернуть экономику Бразилии от Пекина. Так или иначе, победа Лулы сломала начавшийся было правый — а точнее, протрамповский — поворот Латинской Америки.
Для России результат бразильских выборов важен не только в контексте БРИКС. В 2025 году наша страна обеспечивала 26% бразильского импорта удобрений и 45% импорта дизеля. Причём аграрные штаты, зависящие от доступных удобрений, как мы помним, в основном голосуют за правых. Получается парадокс: политическая ориентация этих регионов тяготеет к США, тогда как часть их экономических интересов связана с торговлей с Россией.
В целом, победа Лулы не означает ни торжества левых, ни автоматического сближения Бразилии с Москвой. Президент контролирует правительство, оппозиция — значительную часть парламента и регионов, а хозяйственные интересы пересекают идеологические линии. Реальный вопрос следующего срока — кто и на каких условиях сможет собрать большинство для управления страной?
