ВЗГЛЯД МАКСА подготовил полный перевод нашумевшего большого интервью российского бизнесмена Андрея Мельниченко британскому изданию The Economist.
Часть седьмая.
Чтобы укрепить свою позицию в валютных операциях, Мельниченко нужно было найти регулярного поставщика долларов. Его вторым ангелом-хранителем был американский банкир по имени Ричард Спайкерман — руководитель международных отношений в Republic National Bank of New York, главного импортёра американских банкнот в Россию.Мельниченко сумел его расположить. «Мы стояли на снегу и жарили стейки. Мне было 60, ему — 22. Он напомнил мне моего сына», — рассказывал Спайкерман, который работал с ним до прошлого года. Теперь у Мельниченко появилась прямая линия, обходившая официальные российские обменники.
Republic National ежедневно доставлял до $300 млн банкнот из европейских хранилищ в Москву. Мельниченко организовал перевозку и охрану своей доли. Он арендовал близ Москвы заброшенное ядерное убежище для хранения. Грузовики въезжали под землю на два этажа, где десятки людей пересчитывали наличные.
«Россия в 1990-х была двигателем ускорения: она уничтожала людей и создавала их с такой же скоростью», — говорил Мельниченко. Правила были гибкими, а успех или провал зависели от того, насколько ты ловко умеешь действовать. «Если ты можешь думать чуть быстрее других и чуть лучше формулировать вещи, у тебя всё складывается».
В 1992 году правительство начало крупнейшую приватизацию в истории. Многие друзья Мельниченко стали владельцами компаний, которые раньше были государственными; он выступал для них банкиром. Среди его крупных клиентов были братья Черной — они собрали металлопромышленную империю с помощью политических связей и силы «из подворотни». Территориальная война, которую они вели за российский алюминий, унесла сотни жизней в плавильных городах Сибири.
В 1996 году империя братьев Черной рухнула. Её сменило группа олигархов, которым правительство Ельцина передало контроль над природными ресурсами России в обмен на политическую поддержку. После переизбрания Ельцина в 1996 году Борис Березовский — один из самых заметных этих олигархов — заявил: «теперь у нас есть право занимать правительственные посты и пожинать плоды нашей победы». Мельниченко не входил в их число. Он наблюдал со стороны, пока они ссорились друг с другом и расширяли свои личные вотчины, вместо того чтобы вкладывать богатства и энергию в улучшение общественной сферы.
В 1998 году Россия объявила дефолт по своему долгу и девальвировала рубль. Многие олигархи оказались скомпрометированы и потеряли огромные суммы денег. Мельниченко, который конвертировал свои доходы в иностранную валюту, не только избежал убытков, но и укрепил свои позиции. Когда другие российские банки разоряются, он перехватил у них некоторых из крупнейших фирм страны в качестве клиентов. Одной из них владел Роман Абрамович, который пробился во внутренний круг Ельцина. «Он произвел на меня большое впечатление. Впервые я увидел стратега — дисциплинированного, терпеливого и систематичного».
Мельниченко «пришел к пониманию того, как в России действительно работает власть». Она вытекала не из официальных должностей, как он понял, а текла через неформальные сети, где значимы были только доверие и верность. Мельниченко видел, как Абрамович наладил контакты везде — от региональных губернаторов до семьи Ельцина — и оказывал влияние без демонстрации доминирования. «Люди, которые составляли его "коллектив", не понимали, что они были частью единого плана…который существовал только в его голове. Абрамович казался повсюду отсутствующим, но вскоре он был везде. С определенного момента», примерно весной 1999 года, «в России не было олигархов. Был только Абрамович».
