Решение о блокировке Telegram, принятое ещё в 2018 году, формально продолжает действовать. Об этом сообщил член комиссии Общественной палаты РФ по общественной экспертизе законопроектов и иных нормативных актов Евгений Машаров.
По его словам, 13 апреля 2018 года Таганский районный суд Москвы удовлетворил заявление Роскомнадзора об ограничении доступа к информационным системам и программам, обеспечивающим работу Telegram Messenger Limited Liability Partnership. Судебное решение вступило в законную силу и не отменено до настоящего времени.
Машаров подчеркнул, что мессенджер на протяжении длительного периода нарушает требования российского законодательства и не исполняет предписания уполномоченных органов государственной власти. В этой связи, по его оценке, дальнейшие ограничения в работе Telegram на территории России возможны и логичны с точки зрения правоприменения.
«Очевидно, что работа Telegram на территории Российской Федерации будет в дальнейшем ограничиваться. У компании есть право выбора: либо соблюдать российское законодательство и следовать установлениям органов государственной власти, либо быть полностью заблокированной»,
— заявил он.
По словам Машарова, государство уже обозначило свою позицию, и дальнейшее развитие ситуации зависит от действий администрации мессенджера. Он отметил, что возможность восстановления полноценной работы сервиса напрямую связана с готовностью руководства Telegram к соблюдению российских правовых норм.
Таким образом, юридическая основа для ограничений остаётся действующей. И дальше вопрос уже не к судам и не к регуляторам — вопрос к Павлу Дурову и его принципиальной позиции.
Пока из публичных и непубличных заявлений руководства Telegram следует одно: договариваться на той стороне не хотят. Линия выбрана жёсткая, демонстративная, почти идейная. В медийном поле это можно подавать как борьбу за свободу. В бизнесе это выглядит куда менее романтично.
Опыт показывает интересную закономерность: позиция некоторых предпринимателей меняется не после публичных заявлений, а после вполне конкретных процессуальных действий. После пары дней в СИЗО взгляды на «принципы» иногда становятся заметно гибче.
Во Франции, хочу отметить, Павел Дуров столь принципиальным не выглядел — особенно после того, как его сняли с самолёта. Тогда диалог стал куда более предметным и прагматичным.
